Медиа-центр

21 Июнь 2017
Меня называли блокбастерфюрером Оранжевой революции.

О том, как построена структура российского телевидения, насколько быстро пропаганда может потерять свою силу и как использовать юмор в пропагандистских целях, в интервью «Народной Правде» рассказал шоумен, генеральный директор «DIVA production» Дмитрий Чекалкин.

 У РФ есть ресурсы и возможности вмешиваться в избирательную гонку во всем мире

— Насколько сильно влияние телепропаганды на общество?

— Телевидение — это самый мощный манипулятор общественным мнением и сознанием человека. Россияне, между прочим, сделали то, что и мы должны были сделать в свое время, ограничили реальное количество полноформатных общенациональных телеканалов пятью-шестью. Это каналы, которые имеют собственные службы новостей, корреспондентские сети. Они не распылили силы. До начала событий на Донбассе и аннексии Крыма на российское телевидение приходилось $ 6 млрд телевизионной рекламы. Еще $ 1.5-2 млрд госдотаций. Вместе $ 7-8 млрд. Украинское телевидение в лучшие времена собирало на 25 общегосударственных телеканалов $ 250 млн. То есть в пересчете на один телеканал — в 100 раз меньше. Это совершенно несопоставимые цифры.

Российская сторона задействовала лучшие журналистские-пропагандистские силы, их покупают огромными зарплатами. Если рядовые корреспонденты телеканалов могут арендовать виллы на Лазурном побережье, можно себе представить, какими суммами они оперируют. Хотя, телевидение не особенно охватывает молодое поколение, но для зрителей «35+» оно остается главным источником информации.

— Как быстро пропаганда может потерять свою силу?

— Для меня в свое время были очень показательными изменения в конце 1980-х годов. Я работал в Алжире, выезжал в 1986 году, когда американцы были главными врагами, а в 1990-м году я уже видел как Рональд Рейган ходит по Красной площади вместе с Михаилом Горбачевым, обнимаясь с москвичами. Еще позавчера сионизм был «кровавым» прихвостнем американского империализма, а в 1990-м году публика в центре Москвы стоя аплодировала генеральному директору всемирной сионистской организации «Сохнут». Человеческая психика очень пластична. Поэтому как только изменится парадигма в России, как только не будет Путина у власти, достаточно будет всего несколько месяцев для коренного изменения повестки дня. Так уже было, когда ребята из программы «Взгляд» сменили «говорящие головы» советских телеканалов.

— Что мы можем противопоставить?

— На гибридную войну надо искать асимметричные ответы. При этом правильно выбирая приоритеты и направление главного удара. На мой взгляд, Порошенко сделал главное — построил армию и мобилизовал сторонников на международной арене. Зимой 2014 я выступал на круглом столе всемирной службы BBC в прямом эфире, утверждая, что Путин — это самая большая угроза не только для Украины, а для всей мировой безопасности. На меня редакторы смотрели с удивлением. Мол, какой там Путин, есть же ИГИЛ, есть Иран … Но и это все связано с Россией. Если бы не было тысяч граждан РФ в составе ИГИЛ (преимущественно выходцы из Северного Кавказа — НП), если бы не было каналов поставки вооружения, то ИГИЛ был бы намного меньшим вызовом или вообще его не было. Мало того, что в России диктаторский режим, но у него еще есть ядерное оружие (У Ирана его пока нет — НП).

В РФ есть ресурсы и возможности вмешиваться в избирательную гонку по всему миру. Вот только посмотрите на последние сообщения — задержанные в Швеции террористы проходили подготовку под Санкт-Петербургом, в Молдове российских дипломатов выслали за вербовку местных граждан для войны на Донбассе, а в Черногории вообще пытались осуществить военный переворот. Технические возможности российских хакеров позволяют действовать по всему миру. Они работают широким фронтом. Мой родной Военный институт иностранных языков в Москве (сегодня Военный университет) сейчас набирает через военкоматы по всей РФ абитуриентов по новой специальности — «информационное и медиа-коммуникационное обеспечение военной деятельности». Раньше это называлось факультет спецпропаганды. Что можно ожидать от Путина и его окружения с КГБ, если они учились главным образом провокациям и дезинформации?

Атмосфера страха влияет на русских

-Недавние митинги в Москве, Питере и других городах. Это соцсети действуют? И способны ли они переиграть телевидение?

-По возрастной шкале четко прослеживается изменение приоритетов по СМИ. Для людей «35-40 +» на первом месте все еще телеканалы, а вот для аудитории «15-25» лет телеканалы в качестве источника информации начинаются с двенадцатой позиции. Поэтому Кремль активно вбрасывает деньги в Интернет, например, перекупая блогеров. Они пытаются приспособиться к новым трендам, но в Интернете трудно установить абсолютный контроль, поэтому ожидать, что смогут иметь зомбирующий эффект, как с телевидением, не стоит.

Последние события «арабской весны» показывают, что соцсети чрезвычайно важны. Все началось в более или менее демократическом и стабильном Тунисе, после того как уличный торговец Мохаммед Буазизи сжег себя в знак протеста. Один из известных рэперов за ночь написал об этом песню. Через три дня ее пели уже по всему Тунису. В основном, это произошло благодаря соцсетям, хотя для огласки в других арабских странах существенное влияние оказал канал «Аль-Джазира».

-Но в арабских странах, где были авторитарные монархии, жесткие режимы, революций не произошло…

— В 1970-1980-х годах мои коллеги, советские арабисты, выезжали преимущественно в пять стран: Ливию, Йемен, Сирию, Ирак и Алжир. Из этих стран приезжали и студенты в Союз. Мы раскручивали маховик ненависти к сионизму, отвлекая эти страны от решения внутренних проблем, как сегодня это делают в России. Хотя там коммунистов уничтожали и расстреливали, но мы эти режимы поддерживали финансово. С падением СССР там ожидаемо разразился кризис. Там где были режимы, ориентированные на Запад, например, в Марокко или Иордании, где дети элиты учились в Гарварде, Сорбонне или Кембридже, ничего такого не произошло, хотя эти страны и не имели нефтедолларов. Арабские страны Персидского залива (Саудовская Аравия, Катар, Бахрейн, ОАЭ, Кувейт, Оман) смогли с помощью нефтедолларов построить нормальную экономику. Поэтому они устояли.

— Мы знаем, что в России есть точечные репрессии не только к уличным активистам, но и к пользователям. За репост «ВКонтакте» иногда можно получить 5 лет условно и то в лучшем случае. Можно ли таким образом остановить «вирусное» распространение информации?

-Атмосфера страха влияет на русских. Даже мои российские коллеги и товарищи опасаются писать, звонят через Viber и WhatsApp. Если делают перепост публикаций, то в основном скрытый — только для себя. Люди опасаются говорить открыто. Поэтому репрессии — это действенный инструмент.

-По вашему мнению, закрытие российских соцсетей — правильный шаг?

-Я поддерживаю. Основатель соцсети «ВКонтакте», как известно, был вынужден уехать из РФ, так как ему выкручивали руки, требуя дать доступ к данным об учредителях опасных для Кремля групп.

Последний показательный пример. 600000 пользователей «ВКонтакте» получили сообщение о якобы прямом эфире Алишера Усманова и Алексея Навального. На самом деле это был прямой эфир кремлевских пропагандистов Сергея Минаева и Антона Красовского, которые «мочили» российскую оппозицию. Если это не инструмент пропаганды, тогда что это? ВYouTube этот ролик посмотрели несколько тысяч человек, а через «ВКонтакте» — миллион. Это инструмент воздействия на общественное мнение. Я уже не говорю об «Одноклассниках», где критика Путина просто блокируется.

Высмеивая диктаторов, мы разоружаем их

-Какова роль юмора, как элемента работы пропагандистской машины Кремля?

-Как известно, фабрики троллей используют фотожабы и карикатуры пропутинского и антиукраинского содержания. В украинском сегменте это не особо действует, а вот на российскую аудиторию влияет. Я пересматриваю российские юмористические порталы — «Анекдоты.ру», «Фишки комментарии», «ЯПлакалъ». Очевидным является акцентирование на антиукраинской тематике.

Эффективность политюмора была доказана событиями в Украине последних лет.

Когда Глеб Павловский назвал меня блокбастерфюрером Оранжевой революции, меня даже приглашали выступить на эту тему в одном из институтов Гарварда. Мы сделали проекты «Веселые яйца» и «Операция профессор». Как говорил Вольтер: «Все, что становится смешным, перестаёт быть опасным». Одна удачная шутка может быть ценнее 10 пафосных речей. Поэтому одним из первых шагов, которые сделал Путин в борьбе со свободной прессой — закрыл программу «Куклы» Виктора Шендеровича. Высмеивая диктаторов, мы разоружаем их. Юмора боится даже тот, кто ничего не боится.

-Что может Кремль использовать, чтобы усилить в Украине хаос и нестабильность?

-Иногда мы сами даем им поводы для того, чтобы усиливать раздор между различными группами соотечественников. Это больные вопросы языка, блокады или, например, последние дискуссии вокруг личности Романа Шухевича. Все то, что может расколоть общество, Кремль пытается использовать себе на пользу.

Есть еще больная тема коррупции. Я сторонник антикоррупционного движения, но, по-моему, надо правильно расставлять акценты … Главное — это вопрос сознания и ценностей. Главная революция, которую я определяю — это революция морали, а единственная диктатура — диктатура совести.

Одними репрессиями мы коррупцию не преодолеем. В Китае очень жестко борются с коррупцией, расстреливают чиновников сотнями, а в Канаде, где нет и десятой доли китайских антикоррупционных органов, преступники сидят в тюрьмах, подобных санаториям, а за коррупцию осуждают единицы.

Антикоррупционные расследования — нужная вещь, но главное, что надо менять — это сознание. Я с удивлением смотрю как по Киеву ездят на «Феррари» и «Роллс-Ройсах». Это роскошь, которая далеко выходит за средний уровень жизни. Поэтому и делаю акцент на гуманных ценностях, на человечности. Как говорится: «если горе чужое тебя не заставит страдать, возможно ль тебя человеком назвать»?

Ожидать, что экономика России рухнет нет смысла

-Какие сейчас самые главные вызовы перед институтами власти Украины?

-Первый: внешняя агрессия. У нас более 2 тыс км. сухопутной и морской границы с самым опасным и коварным врагом в мире. Российская агрессия представляет опасность для существования нашей страны. Они же не скрывали, что собирались делать проект «Новороссия» на территории 8 областей, Путин открыто говорил об этом в прямом эфире.

Второй: создание антипутинской коалиции в мире. С этим вроде справились. Несмотря на усилия российской агентуры, несмотря на победу Трампа, сегодня весь американский истеблишмент против Путина. Значительная часть европейского истеблишмента против Путина. Конгресс США ужесточает санкции.

Третий: внутренняя политика. Здесь главная проблема — мы как бы в заколдованном круге. Нуждаемся в квалифицированных и честных чиновниках, но нет у нас другой такой сферы, которую так избегали бы честные и квалифицированные люди, как госслужба. Я ежедневно разыгрываю именинников и их гостей. Очень часто это юристы или экономисты с западным образованием. Любимый мой сценарий, когда я представляюсь представителем некой «канадского юридического общества». Говорю с канадским акцентом: хотим организовать Вам собеседование по вопросу вашего трудоустройства на руководящую должность, чтобы вы смогли приобщиться к процессу строительства государства, например, заняли должность замминстра. Мои визави охватывает ужас. Они просто не хотят. Если квалифицированный юрист получает $ 2 3 тыс, пойдет ли он / она на госслужбу на зарплату в $ 200 — 300? Из моих разговоров с Борисом Ложкиным и другими людьми, задействованными в процессах кадрового обеспечения, я знаю, какой это трудный вопрос.

-Возможно, западные фонды смогут как-то помочь, доплачивать?

-Может, но это для руководителей. Среднее звено все равно в нищенских условиях. В такой ситуации ожидать профессионализма не стоит. Это при том, что с кадрами и специалистами у нас проблема из-за того, что до 1991 года здесь ничего особенно не решали. У нас не было собственной бюрократии, людям только передавали указания из Москвы. Стратегического мышления ни у кого не было.

Как выход из такой ситуации, нам необходимо максимальное разгосударствление всех возможных сфер, чтобы привлекать западные корпорации. Например, ситуация с рынком земли для меня вообще является вызовом здравому смыслу. На прошлой неделе я общался с людьми, которые проводили возле моего дома на Институтской пикеты против рынка земли. Оказалось, что многие участники были горожанами. Говорю им: возьмите, например, наши квартиры. 25 лет назад квадратный метр недвижимости в Киеве стоил $ 10-20, сегодня — $ 1-2 тыс. За счет рынка стоимость выросла в 100 раз. А в случае с землей две бабушки моей жены как получали три мешка картошки за свои самые плодородные в мире земли, так до сих пор и получают. То, что оппозиционные силы выступают против продажи земли — это преступление против будущего этой страны. У нас сейчас если и инвестируют в АПК, то преимущественно в элеваторы и порты, то есть в инфраструктуру, которой реально обладают.

-Вернусь к РФ. Путин победит на выборах, но могут ли потом возникнуть проблемы?

-Когда-то большевики, не будучи самой многочисленной политической силой, смогли захватить власть в Российской империи. Экономические и политические условия сложились таким образом, что они смогли это сделать. У Путина тоже ухудшение ситуации. Однако запас прочности в РФ все еще очень велик. Они все еще продают нефть и газ на $100 млрд. Ожидать, что экономика обвалится нет смысла. Говорят, что в России довольны жизнью «то, кто в доле и те, кто не в курсе».

Несмотря на то, что тех, кто «не в курсе» становится меньше, благодаря Интернету, но тех, кто «в доле» меньше не становится. В каждой семье есть сотрудник государственных институтов. Военная и гражданская бюрократия насчитывает много людей. Путин смог расширить бюрократический слой так, чтобы эти люди стали блокирующей группой. Другое дело, что за период высоких цен на нефть и газ Путин получил $ 5 трлн. Куда оно все пошло? Частично людям, а большая часть через руки «виолончелистов» на оффшоры. Поэтому в России есть населенные пункты, где нет нормальной инфраструктуры. Мой дед и отец из российской провинции, а мои программы выходили в 160 российских городах, я знаю реальную ситуацию в российской провинции, возможно, лучше, чем кто либо другой в Украине. Поэтому идея «русского мира» для меня неприемлема.

В Украине на ведущих позициях бывшие директора овощных баз

-Как думаете, что ждет Украину?

— У нас, к сожалению, нет новой политической силы, на которую можно было бы рассчитывать.

Есть старая проблема — низкий уровень элиты. В советское время он был низкий, во времена Кучмы еще больше понизился. У нас на ведущих позициях бывшие директора овощных баз. У нас «директором парламента» стал бывший директор овощной базы, президент — «дважды судимый профессор», за которого, между прочим, проголосовала на выборах более половины избирателей. Это красноречивый показатель общего уровня нашего общества. Но не хочу быть пессимистом. Возможно, стоит рассчитывать на волонтерское движение, может быть волонтерские организации смогут переключиться от помощи армии к государственному строительству. Посмотрим.

-В России больше денег и лучшая система управления, почему они не могут действовать методами «мягкой силы»?

-Тот факт, что они сейчас переходят от лобовых атак, в исполнении гиркиних и Бородаев к использованию в Украине «полезных идиотов» — это и есть, в определенной степени, попытка применения «мягкой силы». Поэтому вопрос единства всех демократических сил и внутренней стабильности актуален у нас как никогда.

Александр Куриленко